Ответы на эти вопросы, на первый взгляд, очевидны: ради того, что бы сохранить свое здоровье; избавить от мучений своих близких. Можно даже придумать нечто банальное: «Будь, как все», «Живи нормальной жизнью». Однако вопрос являются ли в голове алкогольного аддикта подобные ответы весомым аргументом, остается открытым. Эти наши рассуждения могут быть соотнесены и со следующими доводами, обосновывающими относительно меньшую злокачественность алкоголизма, чем другие формы химической аддикции. Например, зависимость от героина и кокаина развивается быстрее, нездоровый интерес к ним проявляется гораздо раньше. Получается, что аддикту, вступившему на этот путь в юном возрасте просто некуда возвращаться, в его голове нет тех ценностей, тех ориентиров,  которым он даже  абстрактно может отдать предпочтение над аддикцией. Так у нас возникает важное дополнение к рациональной модели.
Вennett, Linda A. (1995): Accountability for alcoholism in American families. In Social science & medicine 40 (1), pp. 15–25.

Эта стадия лечения может длиться от двух недель до нескольких месяцев, в зависимости от состояния пациента.  Интересно отметить, что почти у каждого пациента ближе к концу данного периода наблюдается сильное чувство оптимизма, решимости и выражения твердой убежденности, что лечение помогло. Именно в этот момент родственники часто идут у этого на поводу и опрометчиво забирают пациента  из клиники, в результате чего почти всегда он снова начинает пить.