Декабрь 2016

И так, на время мы оставляем в стороне сакраментальный вопрос о смысле жизни, хотя забегая вперед, в нашей философии аддикции он не является второстепенным. Вспомним наши недавние рассуждения о центре удовольствия и аддикции как феномене своеобразного химического гедонизма (концепция, что удовольствие превыше всего). Мы может выскажем чрезвычайно спорную вещь, что аддиктивное предпочтение алкоголя -- это не только распущенность или ложный выбор короткой цели в противовес длинной (более точно смысл длительной перспективы можно передать через английское выражение executive power, то есть нечто такое, что подобно президенту какой-нибудь страны, обязательно ведет к заведомому  благу, безоговорочно существующего для каждого, по примеру той же американской мечты).

There are different perspectives on the self, different possible definitions, and with each perspective and definition, naturally, comes a different explanation. Yet it is likely that something like an essence of self can be uncovered behind the multiplicity of views. In this article I suggest that a neurobiological account can help us find such an essence. The title of this article includes the words “feelings” and “self” because I believe the neural basis of feelings and of self have a shared neurobiological stem.

The notion of a disorder of the self as being a core feature of schizophrenia has existed since the early days of schizophrenia research, but recent work has clarified and specified the type of self-disturbance that may be at play (Chung, 2007; Parnas, 2000; Parnas and Sass, 2001). In order to understand the type of selfdisturbance being referred to in recent phenomenological writings, it is necessary to distinguish between several ‘‘levels’’ or types of selfhood. Parnas (2003) identifies three levels of selfhood from a phenomenological perspective (see Table 1).